Наш Карачев - Информационный портал города и области

Поиск

Вход на сайт

Логин:
Пароль:

Статистика



Онлайн всего: 3
Гостей: 3
Пользователей: 0

Категории раздела

ИсторияСовременники

Карачев - Библиотека, Заря, статьи, обзоры.

Главная » Статьи » Карачевцы » История

Пустынники Рославльских лесов О. Досифей, уроженец города Карачева
С. Дубовский,
учитель литературы средней школы № 8
 
Пустынники Рославльских лесов
 
  Пустынножительство в Рославльских лесах явление не только религиозной, но и культурной жизни России. Нравственно-аскетическая практика и духовный опыт, приобретенный рославльскими отшельниками за годы уединенной жизни, были затем перенесены в Оптину пустынь, что и определило в дальнейшем значение этого монастыря как центра русской духовной и светской культуры. Рославльские леса были одним из тех мест, где начинала восстанавливаться связь между религиозно-философской мыслью византийского Ренессанса (конец I тысячелетия христианской эры) и русской культурой, что в итоге оказало решающее влияние на творчество многих выдающихся писателей и мыслителей от братьев Киреевских до А. Ахматовой.
  Слово «пустыня, пустынь» имеет для православного человека особое значение. Это слово впервые встречается в Остромировом Евангелии (1056-1057 гг.) и является калькой с древнегреческого1. Евангельское слово «пустыня» (старославянское «поустыни») совмещает в себе понятия географическое и духовное 2. Но в евангельском контексте второе гораздо важнее первого. Пустыня - это единственное место, где можно уединиться для общения с Богом, противоположность городу, селению, то есть любому населенному людьми месту; противоположность миру. В пустыню уходили люди «тонкой духовной организации, которые задыхаются среди лжи, неправд и жестокостей мира и идеальные стремления которых находят 
  себе пылкое удовлетворение лишь в пустыне, молитве, посте и уединении» 3. На Ближнем Востоке и в Северной Африке такие места люди находили в настоящей, каменистой или песчаной пустыне. На Балканах и на Кавказе - в горах. Первые русские пустынники рыли свои пещеры на склонах малодоступной горы под Киевом. Для более северных районов России самым благодатным местом уединения были леса.
  До XVIII века пустынножительство - это не бегство от мира, но совершенно естественный, беспрепятственный уход от мира, уход от всего, что мешает общению с Богом. Таким было отшельничество печерских монахов, преподобного Сергия Радонежского, пустынников Северной Фиваиды 4. Взлет пустынножительства пришелся на время святого Сергия Радонежского и его учеников, после чего, вплоть до начала XVIII столетия, пустынножительство в России постепенно приходило в упадок.
  Несколько десятилетий, именуемых эпохой Петра, и годы правления последователей великого преобразователя в корне изменили положение дел в Русской Православной церкви5. «Церковь утратила свою вековую независимость, попав под юрисдикцию государственной власти, превратилась в послушную служительницу правящих органов...»6. Но как бы ни относились историки к церковным реформам XVIII века, несомненно одно: именно следствием этих реформ явился взлет подвижничества, одним из самых ярких проявлений которого было пустынножительство в Рославльских лесах.
  Закрытие монастырей и ряд жестких запретительных мер привели к тому, что тысячи монахов и послушников, видевших цель своей земной жизни в постоянном служении Богу, оказались «лишними» людьми. На два потока беженцев разделились те, кто хотел, но не имел возможности жить в монастырских обителях: одни уходили за границу, в древние прославленные монастыри Молдавии и Греции, где в то время жил и работал великий богослов и философ Паисий Величковский; другие селились в глухих лесах северной и центральной России. Так в середине XVIII века в Рославльском уезде, близ села Екимовичи7, появились первые монашеские кельи.
  Трудно сказать, почему именно это место так привлекало монахов-отшельников. Вероятно, причиной тому было безмолвие здешних дремучих лесов и, в то же время, наличие поблизости дорог, ведущих ко многим известным монастырям 8. Сказалось, видимо, и радушное отношение к монахам местных жителей9. 
  Первым рославльским пустынником, о котором сохранились достоверные сведения, был монах Илларион. Он был учеником отца Варнавы, старца, проживавшего в Брянских лесах и мученически принявшего смерть от рук разбойников. После кончины своего учителя, в начале 80-х годов XVIII века, Илларион переселился в село Богданове Рославльского уезда и жил сначала в лесу, а затем у крестьянина Купреенкова. Впоследствии он переправился на другой (левый) берег Десны и поселился в бору близ деревни Крутицы. Наконец, священник Пятницкой церкви села Заболотье (в 20 километрах от Богданова) отец Лука приютил монаха в своем доме. Здесь отец Илларион и скончался в 1821 году. 
  После кончины упомянутого о. Варнавы в Рославльские леса пришел иеромонах Адриан, долгое время живший в Брянских лесах рядом с о. Варнавой. Многие помещики избрали о. Адриана своим духовником, что вызвало недовольство местных священников. По их жалобе старца вызвал к себе епископ Смоленский Парфений10 и предложил ему формально поступить в Смоленское епархиальное ведомство. Из опасения, что ему запретят пустынножительствовать, о. Адриан около 1790 года покинул Смоленскую губернию и перешел в Санкт-Петербургскую епархию, где в течение 10 лет был настоятелем Каневской пустыни. Скончался о. Адриан (в схиме - Алексий) в 1812 году в Московском Симоновом монастыре. 
  Вместе с о. Адрианом недолго пробыли в Рославльских лесах и его ученики: монахи Зосима Верховский, Василиск и Иона.
  Монах Зосима принадлежал к старинному смоленскому дворянскому роду и в миру был поручиком лейб-гвардии Преображенского полка Захарием Богдановичем Верховским. В ранней молодости он решил посвятить свою жизнь служению Богу. После смерти своего отца ушел в отставку и стал учеником опытного о. Адриана, вместе с которым и жил сначала в Брянских, а затем в Рославльских лесах.
  О. Зосиме впоследствии пришлось много скитаться по России. В течение 24 лет он жил в сибирской тайге недалеко от Кузнецка. О. Зосима стал основателем двух монастырей: Туринского Николаевского и Одигитриевской девичьей общины (с 1856 г.- Троице-Одигитриевский женский монастырь). О. Зосима Верховский является одним из прототипов старца Зосимы в романе Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы»"11.
  О. Василиск скитался вместе с о. Зосимой, также прожил 24 года в Сибири, где и скончался в 1824 году. Погребен в Туринском Николаевском монастыре. 
  Третий ученик о. Адриана, о. Иона, всю жизнь следовал за своим учителем и погребен рядом с ним в Московском Симоновом монастыре. 
  Трудно точно указать, где находились кельи вышеупомянутых старцев во время их пребывания в Рославльских лесах. Можно лишь приблизительно очертить территорию пустынножительства первых рославльских отшельников: это район между существующими поныне деревнями Заболотье, Богданово, Екимовичи и Луги.
  Однако сведения о жизни одного из подвижников до сих пор хранятся в памяти народа, хотя житие этого старца так и не было написано. Это - отец Никита. О. Никита был уроженцем города Орла; некоторое время подвизался неподалеку от Белобережской пустыни, затем поступил в братство этой пустыни. С 1783 года до своей кончины 29 марта 1793 года он жил в пустынном уединении близ села Екимовичи, в месте, доныне носящем название Монахов ров (Ров монахов). Это были владения рославльских помещиков Броневских, которые покровительствовали пустынножителям, считали их своими духовниками и с радостью предоставляли им свои земли. Память об о. Никите сохранилась благодаря чудесам, совершившимся после его кончины. «Ученик о. Никиты, о. Досифей, за неимением гроба положил почившего старца в пчелиный улей, в котором о. Никита и был погребен близ своей келий во рву. Но так как в этом рву почти всегда стояла вода, то, через 7 лет после кончины о. Никиты, о. Досифей по какому-то откровению откопал гроб старца, чтобы перенести его на другое, более возвышенное место. При этом оказалось, что гроб старца (то есть улей) был цел, одежда на нем цела и сам он нетлен; на одной ноге хо-дачек (лапоть), сплетенный из липовых лык учеником о. Никиты, превратился в прах; а на другой ноге такой же ходачек, сплетенный самим старцем, уцелел. При открытии гроба было много монахов и священник с. Лугов о. Иоанн. О. Никиту из пчелиного улья переложили в новый гроб и, отслужив по нем панихиду, похоронили на полугоре на северной окраине рва. При погребении был больной монах, страдавший желудком; он выпил из гроба воды и исцелился. Лет через 15 после кончины о. Никиту по какому-то случаю вторично открывали: прах его опять оказался нетлен»12. Рославльский пустынник о. Никита чтится местно, но на предполагаемом месте его погребения ежегодно служат панихиды.
  О. Досифей, уроженец города Карачева, поселился в Рославльских лесах еще при отце Адриане и прожил здесь более сорока лет. Скончался он в Иоанно-Предтеченском скиту Оптиной пустыни 22 декабря 1828 года.
  В 1805 году рядом с о. Досифеем поселился иеросхимонах Афанасий. Эту дату можно считать началом расцвета пустынножительства в Рославльских лесах, поскольку за отцом Афанасием сюда пришли пустынники, перенесшие затем духовный опыт, приобретенный в здешних местах, в знаменитую Оптину пустынь, которая своей славой и значением во многом обязана рославльским пустынножителям. 
  Иеросхимонах Афанасий (в миру Александр Степанов), бывший москвич, канцелярский чиновник, был из числа двенадцати человек, отпущенных из Песношского монастыря для восстановления Оптиной пустыни13. В 1796 году он принял в Оптиной обители постриг. Желая вести безмолвную жизнь отшельника, о. Афанасий хотел уйти на Афон и получил на это разрешение, но, услышав о Рославльских лесах, изменил свои намерения и поселился в пяти верстах от села Екимовичи, на краю Монахова рва. В это время здесь жило около 10 отшельников, чьи кельи находились примерно в версте друг от друга.
  В 1811 году в келье о. Афанасия поселился купеческий сын Тимофей Иванович Путилов, принявший здесь же монашеский постриг и получивший впоследствии известность как настоятель Оптиной пустыни схиархимандрит Моисей. До прибытия в Рославльские леса он был послушником в Саровской пустыни у святого Серафима Саровского и в Свенском монастыре, затем, отлучившись в Москву для оформления документов, встретился там с иеросхимонахом Алексием (бывшим рославльским отшельником Адрианом), который и посоветовал ему избрать своим духовником отца Афанасия, проживавшего в Рославльских лесах. Огромное влияние на духовный облик о. Моисея оказала также известная московская старица мать Досифея, которая, по твердой уверенности тогдашних жителей Москвы, была в миру таинственной претенденткой на царский престол княжной Таракановой14.
 В 1816 году о. Моисея навестил его младший брат Александр Иванович Путилов. Двадцатилетний Александр горел желанием поступить в Саровскую обитель, и ему нужен был совет старшего брата. Прожив несколько месяцев вместе, братья отправились для богомолья в Киев и посетили по пути многие монастыри. Вернувшись в свою лесную келью, они больше никогда не разлучались. Александр принял постриг в 1820 году от о. Афанасия и был наречен Антонием.
  Так в Рославльских лесах образовалась своеобразная Пустынь, слава о которой распространилась далеко за пределы Смоленской губернии. 
  Вопреки желанию пустынников их связь с миром не прекращалась. Местные жители, особенно помещики, часто обращались к монахам за советом, приглашали их к себе для духовных бесед. Приходили в их кельи и священники из ближайших приходов. Отец Моисей и отец Антоний вели обширную переписку со своими духовными детьми и наставниками, получали по почте книги. Письма и посылки доставлялись с оказией через почтовое отделение в Рославле. 
  Основным занятием отшельников, помимо молитвы, было переписывание редчайших книг Отцов Церкви15 и составление рукописных сборников изречений великих богословов древности.
  Под руководством о. Афанасия братья Путиловы прошли «основательную школу православной аскетики», практически постигли смысл и значение духовного руководства старца, «прочно усвоили основы нравственно-религиозного учения великих подвижников»16.
  В начале XIX века взоры людей, желавших духовного совершенства России, все чаще обращались к Оптиной пустыни. Одним из таких пастырей был калужский епископ Филарет17. Зная о подвижнической жизни рославльских отшельников, владыка Филарет отправил отцу Афанасию письмо, в котором просил его и других рославльских монахов принять на себя устройство и управление скитом, планы строительства которого Преосвященный давно вынашивал, не имея лиц, которым можно было бы поручить строительство.
  Рославльские пустынники, не помышлявшие до этого об оставлении любимых ими мест, приняли приглашение, чтобы продолжить свои молитвенные подвиги близ Оптинной пустыни, в месте, ставшем впоследствии Иоанно-Предтеченским скитом.
  Не все старцы решились тотчас оставить свою пустынь. О. Афанасий еще долго жил в Рославльских лесах, а затем ушел в Свенский Брянский монастырь, где и скончался 31 декабря 1844 года.
  О. Досифей переселился в Оптинский скит лишь в 1827 году. Остальные пустынники остались в Рославльских лесах до самой своей кончины.
  В Оптину пустынь отправились четверо: отец Моисей, отец Антоний и монахи Илларий и Савватий. На новое место они прибыли б июня 1821 года и, по благословению игумена Даниила, временно поселились на монастырской пасеке. Вскоре они побывали в Калуге и представили преосвященному Филарету свой план будущего скита. Утверждение владыки последовало немедленно: «1821 года Июня 17-го дня. По сему начертанию строить скит да благословит Господь Бог, и благодатию Своею да поможет совершить»18. Так было положено начало одному из важнейших духовных центров в России, без которого немыслима история русской культуры.
  В 1826 году о. Моисей был назначен управляющим Оптиной пустынью. При его настоятельстве за считанные годы Оптина пустынь превратилась из заштатного монастыря в один -из крупнейших монастырей православного мира. 
  О. Моисей и его брат положили начало издательской и переводческой деятельности монастыря, которая осуществлялась при деятельном участии Ивана Киреевского. Переведенные и изданные в Оптиной пустыни творения Отцов Церкви, другие книги духовного содержания рассылались бесплатно в монастыри, в библиотеки, учебные заведения, отдельным лицам.
  С издательской деятельностью связано и создание знаменитой оптинской библиотеки, которая была открыта для всех, кто приезжал в обитель. О. Моисей и о. Антоний всю жизнь целенаправленно собирали книги духовного и исторического содержания. Основу монастырской библиотеки составили их личные собрания, каждое из которых насчитывало свыше двух тысяч печатных изданий и десятки рукописей.
  Но главной заслугой о. Моисея было введение в Оптиной пустыни старчества. Старчество - это «искреннее отношение духовных детей к своему духовному отцу, или старцу. Отношение, которое выражается со стороны учеников совершенным послушанием, то есть отсечением перед старцем не только своей воли во всем, но и своего образа мыслей, своих разумений и откровенного полного исповедания тайн сердечных»...19. Ни отец Моисей, ни отец Антоний старцами в узком, «оптинском» смысле этого слова не были, поскольку настоятельство и заботы об устройстве монастыря не позволяли полностью посвятить себя духовному окормлению иноков. Но именно по приглашению о. Моисея в Оптину пустынь пришли о. Макарий и о. Леонид, которые вместе со святым Амвросием Оптинским составили костяк оптинского старчества. Оптинские старцы были той духовной силой, которая притягивала в этот монастырь не только монахов и послушников, но и представителей русской интеллигенции. Выдающийся русский философ Н. О. Лосский писал: «Те, кто не знаком с русской культурой, могут получить представление о старце по образу отца Зосимы в «Братьях Карамазовых» Достоевского»20,- определяя таким образом оптинское старчество как явление русской культуры.
  Каждый, кто приезжал в монастырь для беседы со старцами, встречался с о. Моисеем и о. Антонием. Личная дружба связывала братьев с Иваном Киреевским и Н. В. Гоголем. Уже в преклонном возрасте духовным сыном о. Антония стал выдающийся мореплаватель, главный правитель Русской Америки в 1818-1820 гг. С. И. Яновский. При настоятельстве о. Моисея проходил послушание святой Игнатий Брянчанинов.
  За свои труды о. Антоний был награждет Золотым наперстным крестом, а о. Моисей - орденом Святой Анны II степени.
  О. Моисей закончил свой жизненный путь 16 июня 1862 года. 
  О. Антоний, покинув Рославльские леса, в течение 18 лет был рядом с братом. В 1833 году по воле епархиального начальства он был назначен игуменом Малоярославецкого Черноостровского монастыря; в 1853 году ушел на покой и вернулся в Оптину пустынь. Скончался о. Антоний 7 августа 1865 года и похоронен в пустыни рядом со своим братом и духовным отцом архимандритом Моисеем.
  Биограф о. Антония писал: «В преклонных летах, достигши высокой меры духовного возраста, о. Антоний с особенной отрадой любил вспоминать о рославльском пустынножительстве, и при этих воспоминаниях лицо старца как-то особенно сияло и воодушевлялось»21. Отец Моисей также с благоговением относился к месту своего уединения, называя его не иначе как «любезные моему сердцу Рославльские леса».
  Между тем, короткая история Рославльской пустыни продолжалась до 13 сентября 1866 года, дня кончины по¬следнего рославльского пустынника отца Дорофея, при¬глашенного в 1821 году в Оптину пустынь, но не пожелавшего оставить любимое место уединения.




Категория: История | Добавил: witkom (15.02.2009)
Просмотров: 1701
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Наш Карачев Информационный сайт о Карачеве и Брянском регионе. Газета Заря Карачевского района Брянской обл.
Карачев фото, видео, история, справочная. Сайт открыт 15.02.2009.